Сегодня понятие премиума постепенно меняет содержание. На первый план выходят качество материалов, точность производства, функциональность и способность продукта сохранять свою ценность в течение долгого времени. Для BETTE этот подход особенно характерен: лаконичная форма становится результатом сложной инженерной работы, а визуальная выразительность строится на материале и технологии.
В разговоре с Максимом Скляровым мы попытались разобраться, где сегодня проходит граница между демонстративной роскошью и настоящим качеством.
Премиум, который объясняет себя сам
Максим, вы 12 лет представляете немецкий премиум-бренд на рынках СНГ и Центральной Азии. Сегодня понятие «премиум» на многих рынках размыто до абсурда: так называют всё, что просто дороже среднего. Как вы продаёте философию «честного премиума» клиенту, который по инерции продолжает оценивать роскошь по весу фурнитуры и блеску хрома, а не по инженерной мысли?
Максим Скляров:
Для меня премиум никогда не был синонимом высокой цены или демонстративной роскоши. Настоящий премиум начинается там, где человек получает качество, которое не нужно постоянно доказывать внешними эффектами.
В случае BETTE это прежде всего материал, технология, точность производства, долговечность и продуманность продукта. Глазурованная титановая сталь может выглядеть очень лаконично, но за этой простотой стоят десятилетия инженерной культуры и производства в Германии.
Поэтому я стараюсь не продавать роскошь. Я объясняю ценность. Почему поверхность сохраняет свойства годами, почему геометрия настолько точна, почему продукт остаётся актуальным визуально и технически спустя долгое время.
Мне вообще близка идея тихого премиума. Когда вещь не кричит о своей стоимости, а каждый день подтверждает её качеством использования. В какой-то момент клиент перестаёт спрашивать, сколько весит фурнитура или насколько ярко блестит хром, и начинает замечать гораздо более важные вещи: точность, тактильность, комфорт и отсутствие компромиссов.
Честный премиум — это когда цена объясняется не легендой вокруг продукта, а самим продуктом.
Сохранить характер, адаптируя язык
Выход международного бренда на разные рынки всегда связан с поиском баланса. С одной стороны — необходимо учитывать культурные особенности и ожидания локальной аудитории. С другой — сохранить ту самую основу, благодаря которой бренд становится узнаваемым.
Как удаётся сохранить строгое ДНК немецкого бренда при открытии шоурумов, масштабируя присутствие бренда от СНГ до Центральной Азии, и не скатиться в усреднённый «евроремонт», который так любят локальные рынки? Где та грань, после которой адаптация убивает аутентичность?
Максим Скляров:
Я бы сформулировал очень просто: адаптировать можно язык. Нельзя адаптировать принципы.
На рынках СНГ и Центральной Азии могут быть разные культурные привычки, архитектурные предпочтения, размеры пространств, способы коммуникации с клиентом. Было бы странно это игнорировать.
Но материал, качество экспозиции, логика представления продукта, отношение к деталям и сама философия BETTE должны оставаться узнаваемыми.
Мне неинтересно механически копировать немецкий шоурум в каждой стране. Гораздо интереснее перевести его ценности на локальный архитектурный язык, сохранив содержание.
Грань довольно ясная: пока адаптация помогает человеку лучше понять бренд, она полезна. Когда она начинает менять бренд ради того, чтобы понравиться локальному вкусу, это уже опасно.
Аутентичность для меня — это не одинаковая мебель во всех странах. Это одинаковый уровень требовательности к продукту, пространству и клиентскому опыту.
Архитекторы смыслов: когда идея становится ценностью
Помимо работы с премиальным продуктом, Максим Скляров активно участвует в развитии креативных индустрий. В 2026 году он вошёл в состав жюри премии «Креативные индустрии-2026», где оценивал проекты с точки зрения их реального содержания и влияния.
Вы были судьёй премии «Креативные индустрии-2026» и говорили, что искали «архитекторов смыслов», а не просто эффективных менеджеров. Но давайте честно: как на этапе оценки отделить реальный прорывной продукт от гениально упакованной «пустышки» с раздутым PR-бюджетом? Есть ли у вас личный экспресс-тест?
Максим Скляров:
У красивой упаковки есть одна проблема: она довольно быстро заканчивается, если начать задавать простые вопросы.
Что именно изменил этот человек или проект? Что существовало до него? Какое решение было найдено? Можно ли увидеть результат вне презентации, пресс-релиза и количества публикаций?
И самое важное: останется ли после проекта что-то, если убрать фамилию автора и PR-бюджет?
Мне интересны не люди, которые хорошо освоили язык успеха, а те, кто действительно создал новую конструкцию: продукт, метод, рынок, сообщество, новый способ взаимодействия.
Именно это я называю архитектурой смыслов.
Наверное, мой экспресс-тест очень простой: попросить объяснить ценность проекта без профессионального жаргона и громких слов. Если после этого идея исчезает, скорее всего, её там и не было.
При этом я не противопоставляю содержание и коммуникацию. Сильный проект обязан уметь себя объяснять. Но коммуникация должна усиливать содержание, а не заменять его.
Идея и экономика: две стороны сильного бренда
После разговора о смыслах и креативных индустриях мы перешли к теме лидерства и предпринимательства. В современном дизайне сильная идея становится отправной точкой, однако устойчивый бренд требует ещё и точной экономической модели.
Вы утверждаете, что истинное лидерство строится на идеях, а не на бюджетах. Звучит благородно. Но не является ли это красивой, но опасной романтизацией, которую вы, как состоявшийся руководитель крупной структуры, можете себе позволить, а молодой дизайнерский бренд на ней просто разорится?
Максим Скляров:
Если сказать, что деньги не важны, это действительно будет романтизацией. Бизнес без экономики довольно быстро превращается в хобби.
Я говорю о другом: бюджет сам по себе не создаёт направление. Он может ускорить хорошую идею, масштабировать её, дать ей ресурс. Но если в основе нет продукта, позиции и понимания, зачем ты существуешь, деньги просто позволят быстрее и дороже совершить ошибку.
Для молодого бренда финансовая дисциплина особенно важна. Нужно считать маржу, производство, логистику, стоимость привлечения клиента, оборотный капитал.
Но одновременно нельзя строить компанию только из Excel.
Для меня формула такая: идея создаёт направление, а экономика даёт ей возможность пройти дистанцию.
Настоящее лидерство возникает именно в соединении этих двух вещей. Не романтика вместо цифр и не цифры вместо смысла.
Ванная комната как территория восстановления
Современная ванная комната всё чаще становится пространством, которое выходит далеко за пределы функционального назначения. Это место для восстановления, личного времени и эмоционального баланса. Однако за ощущением спокойствия и визуальной лёгкости скрывается сложнейшая инженерная система, где каждая деталь имеет значение.
В одном из интервью вы назвали ванную комнату «территорией восстановления, тишины и личного баланса». Звучит как строчка из брошюры йога-ретрита. Но с точки зрения жёсткой интерьерной практики, ванная — это прежде всего сложный инженерный узел. Как вы мирите высокую поэзию «дзена» с инженерией?
Максим Скляров:
Никакого противоречия здесь нет. Скорее наоборот: ощущение тишины и комфорта возникает именно тогда, когда инженерия сделана настолько хорошо, что человек перестаёт её замечать.
Ванная действительно очень сложное пространство: вода, температура, влажность, гидроизоляция, акустика, безопасность, эргономика, уборка.
Ошибка в несколько миллиметров или неверно выбранный материал способны разрушить всю красивую концепцию.
Но человек не должен каждое утро думать об этих инженерных решениях. Он должен просто чувствовать, что ему удобно.
Настоящий комфорт — это сложная технология, которую человек перестаёт замечать.
Поэтому для меня «территория восстановления» — это не поэтическая декорация поверх инженерии. Это конечный результат хорошей инженерии.
Чем точнее решена техническая часть, тем больше пространства остаётся для тишины, воды, света и самого человека.
Скульптура или часть жизни?
Минимализм сегодня стал одним из главных направлений в архитектуре и дизайне. Однако минимализм вовсе не означает отсутствие характера. Напротив, именно в лаконичных формах особенно заметны пропорции, материал и качество исполнения.
Продукты BETTE обладают сильной архитектурной выразительностью и часто становятся точкой отсчёта для всего интерьера. Но не кажется ли вам, что в эпоху тотального минимализма и «невидимого» дизайна ванна как скульптурный объект рискует стать просто дорогим, но функционально избыточным артефактом?
Максим Скляров:
Минимализм для меня никогда не означал отсутствие характера. Скорее это отказ от лишнего.
Предмет может быть очень выразительным и при этом не создавать визуального шума.
Мне близко понятие «тихой выразительности»: когда форма достаточно сильная, чтобы организовать пространство, но ей не требуется постоянно привлекать к себе внимание.
Хорошая отдельно стоящая ванна может работать почти как архитектурный элемент. Она задаёт пропорции, направление движения, отношения между светом, стенами и свободным пространством.
Но если за этой формой нет эргономики и реальной функции, тогда да, она превращается в дорогую скульптуру.
У BETTE мне как раз нравится обратное: выразительность рождается из материала, технологии и функции. Мы не добавляем декоративность ради декоративности.
Поэтому будущее я вижу не в «невидимом» дизайне как самоцели, а в предметах, которые не утомляют человека.
Они могут быть скульптурными, но должны оставаться естественной частью жизни.
Адаптивная системность: что остаётся неизменным
Мир постоянно меняется: трансформируются рынки, логистика, бизнес-модели и способы коммуникации с клиентами. Для международного бренда главный вопрос — какие элементы можно менять, а какие являются фундаментом его идентичности.
Вы вводите термин «адаптивная системность». Если представить сценарий, при котором логистические или экономические границы снова радикально меняются, какая часть философии вашего бренда останется неизменной, а от какой пришлось бы отказаться, чтобы просто выжить?
Максим Скляров:
Для меня неизменным останется ядро: качество продукта, материал, инженерная честность, дизайн, долговечность и ответственность перед клиентом.
Если отказаться от этого, можно сохранить продажи, но потерять сам бренд.
А всё остальное должно уметь меняться.
Логистика может измениться. Каналы продаж могут измениться. Структура партнёрской сети может измениться. Маркетинг может измениться полностью.
И в этом для меня заключается адаптивная системность: жёсткое ядро и гибкая оболочка.
Компания, которая пытается сохранить абсолютно всё, становится хрупкой. Но компания, которая ради выживания готова отказаться от всего, в какой-то момент перестаёт понимать, кто она.
Поэтому в период изменений я всегда задаю вопрос: мы сейчас меняем инструмент или принцип?
Инструменты можно менять очень быстро. Принципы — только в исключительных случаях.
Премиум проверяется временем
Одним из главных испытаний для любого дизайнерского продукта становится реальная эксплуатация. Особенно это заметно в гостиничной индустрии, где предметы интерьера ежедневно проходят проверку тысячами пользователей.
Вы работали над интеграцией продукции бренда в стандарты крупнейших международных гостиничных операторов, включая Marriott и Hilton. Гостиничный бизнес — постоянный компромисс между эстетикой и эксплуатационной выносливостью. Что важнее: эффектный объект для интерьерной съёмки или способность выдержать тысячи циклов эксплуатации и уборки?
Максим Скляров:
Второе. Без колебаний.
Потому что именно в этом и заключается честность промышленного дизайна.
Фотография живёт несколько секунд. Хороший отель живёт десятилетиями.
Представьте номер, которым за несколько лет воспользовались сотни или тысячи гостей. Постоянная уборка, вода, косметика, химические средства, механические нагрузки.
Это совершенно другой уровень требований, чем к красивому объекту в частном интерьере.
Поэтому для меня настоящий премиум в гостиничном проекте проявляется не в день открытия. Он проявляется через пять или десять лет.
Если предмет всё ещё хорошо выглядит, нормально функционирует и не заставляет эксплуатационную службу постоянно его ремонтировать или менять — вот тогда дизайн прошёл настоящий экзамен.
И самое интересное, что эстетика и долговечность здесь не должны конфликтовать.
Красивый предмет, который не выдерживает реальной жизни, для меня просто не является хорошим дизайном.
Личный выбор: когда профессиональная философия становится частью дома
После разговора о бренде, рынках, архитектуре и индустрии мы решили перейти к более личному вопросу — выбору предметов для собственного пространства.
Ведь именно в повседневной жизни раскрывается настоящий потенциал продукта: насколько он удобен, насколько органично существует в интерьере и способен ли сохранять ощущение качества спустя годы.
Какая модель BETTE ваша самая любимая?
Максим Скляров:
Сегодня я бы назвал BetteComodo.
Мне очень близка её логика: на первый взгляд это лаконичная, почти классическая ванна, но за простой геометрией скрывается очень много продуманных решений.
Чаша углублена до 45 сантиметров, увеличена зона для купания, а широкая плоская поверхность дна позволяет комфортно использовать ванну и как душевую зону.
Получается очень честное решение 2 в 1 без ощущения компромисса.
Мне особенно нравится исключительно тонкий борт высотой всего 20 мм. За счёт него достаточно основательная по функции ванна визуально становится лёгкой и современной.
Эта же мягкая овальная геометрия продолжается в раковинах BetteComodo, которые можно интегрировать в столешницу или монтировать снизу.
В итоге получается не набор отдельных сантехнических предметов, а единая архитектурная композиция.
Наверное, именно за это я её и люблю: технологическая и функциональная сложность в BetteComodo заканчивается визуальной простотой.
Дом как главный тест продукта
Профессиональный взгляд часто формируется годами работы с разными проектами, но именно личное пространство становится самым честным испытанием для любого предмета.
Когда человек выбирает продукт для собственного дома, на первый план выходят не только характеристики, но и ежедневные ощущения: комфорт, тактильность, удобство и эмоциональная связь с вещью.
А что из сантехники стоит у вас дома? Насколько профессиональный выбор отличается от личного?
Максим Скляров:
Дома я довольно предсказуем: выбираю по тем же принципам, о которых говорю профессионально.
И один из продуктов, которые мне особенно близки для частного интерьера, — BetteStarlet Oval Silhouette.
Это полностью отдельно стоящая ванна из глазурованной титановой стали, выполненная по бесшовной технологии.
Мне нравится, что она воспринимается не просто как сантехнический объект, а почти как самостоятельный предмет архитектуры.
Особенно интересна работа с цветом.
BetteStarlet Oval Silhouette может быть выполнена в биколоре — например, белая глянцевая поверхность внутри и чёрная матовая снаружи.
Это позволяет сделать ванну акцентом, не перегружая пространство декором.
В единую композицию с ней можно собрать и душевую зону с BetteFloor Side, который также доступен в глянцевых и матовых оттенках.
Чёрный матовый вариант особенно эффектно поддерживает такую концепцию.
Но дома для меня всё-таки важнее не эффект первого дня.
Хороший предмет через несколько месяцев должен перестать требовать вашего внимания и просто стать естественной частью жизни: удобной, тактильной, красивой и надёжной.
Я живу с продуктами BETTE, поэтому знаю их не только по выставкам, презентациям и шоурумам, но и в обычной эксплуатации.
Это очень полезная профессиональная проверка: если продукт начинает раздражать вас в семь утра, никакой маркетинг его уже не спасёт.
Премиум, который раскрывается со временем
Разговор с Максимом Скляровым показал: современный премиальный дизайн выходит далеко за пределы внешней эстетики.
Сегодня ценность продукта формируется на пересечении нескольких факторов — материала, инженерной культуры, функциональности, долговечности и способности создавать эмоциональный опыт.
Настоящий премиум не стремится быть громким. Он проявляется в деталях, которые становятся заметными именно в процессе жизни: в точности формы, в удобстве использования, в ощущении качества каждый день.
Философия BETTE, о которой рассказал Максим Скляров, строится вокруг простого принципа: сильный продукт способен объяснить свою ценность сам.
Он адаптируется к новым рынкам, но сохраняет собственное ядро. Может быть выразительным, но остаётся естественным элементом пространства. Сочетает сложную инженерию с ощущением лёгкости.
И именно в этом сегодня заключается один из главных принципов современного дизайна: создавать вещи, которые впечатляют в момент знакомства и становятся ещё ценнее спустя годы.
ТОПДИЗАЙНМАГ благодарит Максима Склярова за содержательный разговор о будущем премиального дизайна, инженерии, брендах и культуре создания вещей, которые рассчитаны на настоящую жизнь.
